Литературная страница
Иван Петрухин (1918-2011)
ЛИЦОМ К ПОБЕДЕ
С военным грузом на плечах.
В поту до мыла.
И тяжелел за шагом шаг,
А вьюга выла.
И на ходу дремал солдат,
От ран ли бредил,
Коль падал, падал не назад –
Лицом к победе.
И был декабрьский лют восход,
Свет не струится.
Команда: «Прекратить отход,
Ведь там – столица!»
И был от крови снег горяч,
А кровь людская…
Солдат, в затишья миг не плачь,
Судьба такая…
Солдат, сегодня не засни
С собой в беседе,
А коль придется лечь костьми –
Лицом к победе!
ЖУРАВЛИ НАД ФРОНТОМ
Притихла фронтовая полоса,
А осень стаю к югу торопила,
Вдаль уплывала чуткая краса,
Она жестокость чью-то охладила.
Так уплывал по небу мирный строй.
Никто тогда не выстрелил по птицам,
Их вел вожак бывалый за собой.
В пейзаж войны вписав свою страницу.
ПЕРЕД АТАКОЙ
В окопах стенки кроет иней,
Дымят на брустверах снега!
И мы – у самых вражьих линий
И не спускаем глаз с врага.
В сердца глядят стальные дула,
И, просвистав над головой,
Соседа пуля полоснула…
Такое видеть не впервой.
Вот-вот солдаты встрепенутся,
Лишь прозвучит команда: «Пли!»,
И только мертвым – не проснуться,
Не оторваться от земли.
ЧАДИЛА ЕЩЕ ВЫСОТА…
Чадила еще высота,
Но краски рассвета горели,
Заливисто птицы запели
За синей Десною в кустах.
Не дышит лежит санитарка
За кочкой горелой ничком…
И кровь изо рта ручейком…
Нам тяжко… Нам стыло… Нам жарко…
НА БЕРЕЗИНЕ
Впервые – не видеть бы вечно! –
Я видел, как плыли тела,
И кровью тогда человечьей
Большая река зацвела.
Рычала стальная лавина –
И слышен был ругани лай…
Мы бились, вползали в трясину,
Бросались с оружием вплавь…
Но танки ползли к берегам
И били прямой наводкой…
Палили и мы по врагам,
Хоть были тогда первогодки.
Борис Гусев (1948-2019)
«СЛАВЯНКА» НАШИХ ДНЕЙ
Все мы братья и сестры — славяне,
С гордой, вольной, открытой душой,
Трудно выразить даже словами,
Как нам дорог союз вековой!
Наша дружба светла и чудесна,
Наша Вера — чиста и крепка,
Пусть летит эта звонкая песня
Через земли, моря и века!
Всех славян Русь опять созывает,
Наша память вовеки жива!
Эту песню сейчас пусть подхватят
Русский Киев, и Минск, и Москва!
Подходи, если кто не славянин,
С нами вместе во строй становись,
Ты — наш друг, ты — наш брат и веками,
Ты Россией Великой гордись!
И фашисты пусть нам угрожают,
Но народов российских союз
Всех врагов на Земле раздолбает,
А оплот всех славян — Свята Русь!
***
А я рождён был в России –
Голубоглаз, русоволос,
Вижу я чащи лесные
С шумом белых берёз.
Эти родимые крепи
Я ни за что, никогда
Не поменяю на степи
И чуждые мне города!
Всё больше душой прикипаю,
Родные покинув края,
Мне женщина снится простая –
Голубоглаза, как я!
Эх, славянская ты душа!
Где б дороги тебя не носили,
В сердце только она одна –
Дорогая моя Россия!
***
Как Россия безмерна!
Как же любо смотреть! –
Океаны гремят у порога,
В её синее небо, Если долго глядеть, —
Над Россией — Величие Бога!
Это чудо! — Таков у нас с вами удел –
Не страшны нам теперь потрясения,
Чтобы каждый душою увидеть сумел –
Над Россией — Святое Спасение!
***
На сердце шрамом ляжет грусть:
О, сторона моя родная,
Куда идёшь ты, Свята Русь, —
Доверчивая и удалая?!
Зачем ты пьёшь заморский яд
Твоих врагов эксперимента?
Пусть песни русские звучат
Без чужеземного акцента!
Пусть мать-и-мачеха цветёт,
Растёт цветок Иван-да-Марья,
Пусть вечно Русь моя живёт,
Храня заветы и преданья!
И верю я, и не страшусь,
Мы не забудем всё родное:
Лети по небу, Тройка — Русь,
Забудь всё чуждое — чужое!
***
В цепи народ Ордой закован:
В огне кровавых туч
Нас ждало поле Куликово, —
И умирала Русь!
В глуши полей, лесов и балок
Ярмом тянулся день,
Со стаями ворон и галок
У наших деревень.
А травы поля Куликова –
Как вещих снов ковёр,
Там русичи всем дали слово:
Что лучше смерть нам от Мамая,
Чем несть позор!
И Победы конь крылатый
Скачет в светлый час:
Русь родная наша — Свята!
Помните о нас!
Вдруг проснулся из неволи
Предков дух во мне:
Пусть один я в поле воин, —
Челубей, ты где!
***
Небо над Державой синее –
Над Великою страной,
Над морями и долинами,
Над Красавицей Москвой!
Посмотри на нашу Родину –
Вдаль любого уголка:
Наша Русь славянской удалью
Вновь врывается в века!
***
Чистое синее небо,
А под ним — Матушка Русь,
Вкус испечённого хлеба
Пусть я забыл, ну и пусть.
В ямах, ухабах дорога,
Та, что ведёт, но куда?
Снова на сердце тревога:
Как наша жизнь? — Как всегда.
Правду и Силу имея,
Ты победишь, как всегда:
Кончится смутное время –
Русь засияет в веках!
Александр Васильев
МАЙСКИЙ ДЕНЬ
Майский день дарит нам настоящую стужу,
Снова снег и в лицо ледяные ветра.
И страдают охрипшие стылые души,
И от спазма сжимается сердце с утра.
Но упорно навстречу мы ветрам шагаем,
Ведь Девятое Мая — главный праздник страны.
Мы во всех городах День Победы встречаем
И военный парад, чтобы жить без войны.
Вся страна от детей и до старцев седых
Вспоминает героев той славной Победы.
За Россию погибших, но вечно живых —
Символ мужества стойкости, силы и света.
Мы в бессмертном полку вместе с ними пройдем,
Чтобы все, кто сегодня живут на земле,
И заснеженной ночью, и солнечным днем
Помнил тех, Кто убит в этой страшной войне.
Помнил тех, кто спасал этот Мир от фашизма,
Тех, кто дал нам свободу и мир подарил.
Ведь сегодня опять черной тучей нависла
Та беда, что народ наш тогда не добил.
МЫ — ДЕТИ ВОЙНЫ
Украдено детство и взорваны сны.
Уставшее сердце, мы — дети войны.
Разрывы снарядов, летящих из пушек.
Патроны и гильзы нам вместо игрушек.
Пронзительный крик, ужас в дестких глазах.
И нам никогда не забыть этот страх.
Мы те, кто любви матерей лишены.
Мы их хоронили, мы дети войны.
Мы с голода пухли, фашист бил по нам.
А мы не сдавались назло всем врагам.
Держались, взрослели врагам вопреки.
Мы были детьми, а сейчас старики.
Но нас не сломить, не согнуть и сейчас.
За Родину встанем в решительный час.
Запомните нас. Нас нельзя забывать,
Жестокие войны приходят опять.
Мы — символ Победы великой страны!
Мы — долгое эхо жестокой судьбы.
Мы — память. В Европе ее лишены.
Мы — подвиг, мы — стойкость. Мы — дети войны!
Александр Горохов
СОВРЕМЕННЫМ ФАШИСТАМ
Песня Весселя Хорста
Из соседней пивной доносилась.
Отлетала печально и просто
Тень заиндевевшего дня.
На туманном фасаде собора
Стая химер веселилась,
Не зная о том, что скоро
Их разрушит лавина огня.
Он сидел с кружкою пива,
А ты с бутылкой рейнвейна.
Ночь стеснялась седого отлива
В глазах струящихся звезд.
Тысячелетнему рейху,
Вверх взглянувшему благоговейно,
Они говорили не больше чем шейху
Или птицам, не вьющим гнезд.
Фонари, чадя вполнакала,
Освещали достаточно, чтобы увидеть,
Как расплескался в бокалы
Рейнгартсхаузен за соседним столом.
Гитлерюгенд топал куда-то,
Чтобы сильнее возненавидеть
Ненавидимого солдата,
Их танки крушащего в тающий лом.
Молодой гешефтсмахер
И старый обешарфюрер
О надвигавшемся страхе
Видели лишь смешное кино.
Поэтому пьют они пиво,
Которое пил еще Дюрер.
А некий юнец, закрываясь стыдливо,
Заказывает вино.
Рядом с тобой, чуть правее,
Сидел эсэсовец с серым лицом,
Рассказывал, как поймали еврея,
Который когда-то давал ему в долг.
Его толстый друг отдувался
И смеялся над подлецом,
Потерявшим зубы под звуки вальса,
И жизнь под песню «Мой полк».
А их предки в шумной Валгалле
Уже не точили мечи.
Они уже просто так пировали,
Не выглядывая за окно.
Ах, если бы так и эти тевтоны
Под многоголосье свечи
Забились в свои кабаки и притоны
И просто там пили. Но…
Не сидится нынешним Фрицам и Вилли,
Как Зигфриду не сиделось всегда.
Ни Грюнвальд и ни Курск их не остановили,
И готовится новая битва!
Но их не научить никому на свете,
Что для света горит над собором звезда.
Снова выйдут они из пивных —
Мы ответим:
Пусть попы им читают молитвы.
с) 1992
