У наших друзей из литературного объединения «Снегири» имени поэта Алексея Лебедева, стихи которых «Наше слово» публикует регулярно, вышел новый сборник-альманах.
В альманах вошли стихи как постоянных авторов объединения, так и молодых, начинающих.
«Еще не все высоты взяты. Но то, что наши поэты и прозаики постоянно становятся лауреатами, занимают престижные места во всевозможных литературных конкурсах, говорит о многом. О растущем мастерстве и преданности своему делу, служению людям. Об этом и свежий выпуск альманаха, кото-рый создан в творческой лаборатории людей, одаренных и неравнодушных», — говорится в предисловии к сборнику.
Сегодня «Наше слово» публикует несколько стихотворений наших земляков.
Валентин УДАЛОВ (г. Кохма)
РЯБИНА БАГРОВОГО ЦВЕТА
Ну вот на порог к нам и осень пришла
В дождях отступившего лета,
И только у рощи рябина видна
Вся в гроздьях багрового цвета.
Стою здесь один в опустевшем лесу
И чувствую – струны задеты,
Но в памяти, видно, с собой унесу
Вид ягод багрового цвета.
Шагаю себе по притихшей стерне,
А сердце стучало от боли,
И в этот момент показалось т мне —
Оно будто птица в неволе.
А время бежит, пробегают года.
Кого призовёшь ты к ответу?
И, ёжась от холода, вспомнишь тогда
Рябину багрового цвета.
И вроде на сердце чуть-чуть отлегло.
И, щурясь от снежного света,
Подумаешь, как мне тогда повезло…
Рябину багрового цвета
Увидеть на стылой, промёрзлой земле.
Наверно, не станет обманом.
И если не в мае, то пусть в январе
Мне будет она талисманом.
Ирина ЛИПАТОВА (д. Ясюниха)
Лёнька
Люди в тёмном подвале
при пламени тусклых свечей
бомбёжку пережидали,
устав от бессонных ночей.
Танки на детской площадке
со свастикой на броне.
Недетские игры в прятки –
от этого страшно вдвойне.
И речь непонятно-чужая.
В руинах соседский двор.
И новый прилёт поражает
Клумбу, качели, забор.
Рядом слышатся взрывы
на улице средь бела дня.
Кто – тихо, а кто – с надрывом
Расплакалась ребятня.
Читает в углу мальчишка
Симонова вслух.
Собой прикрывая книжку,
казалось, к бомбёжке глух.
И с каждой минутой твёрже
голос его звучал.
А трусить совсем негоже,
Он посылает сигнал:
– Я – Лёнька, прошу – ответьте.
Я – Лёнька, кто слышит меня?
Координаты… – бейте,
не жалейте огня!
И словно с ним рядом, но «триста»
Вёл тоже с фашистами бой
Сын артиллериста
в ущелье связист молодой.
Мне Симонов близок со школы.
От слов лейтенанта тогда
Душа наполнялась болью,
И снова пришла беда.
И снова шепчет мальчишка –
Ему ли уже не знать?
к груди прижимая книжку:
– Два раза не умирать.
«Ничто нас в жизни не может
Вышибить из седла…»
Фраза – мороз по коже
для этого Лёньки была.
Она – как девиз по жизни
оттуда на все времена.
За Лёньку – родная Отчизна
не выпустит стремена.
Юрий ШУСТРОВ (Комсомольский район)
ПРО НАС
Давай с тобой послушаем друг друга:
Мы просто посидим и помолчим…
А за окном по-бабьи плачет вьюга,
И снег летит, без удержу, в ночи.
На склоне лет, не гаданно, не жданно,
Пришла к нам, словно в юности, любовь:
Бессонницей, зарёю, утром ранним
И ожиданьем встречи вновь и вновь.
Как ценный клад, её хранить мы будем
И защищать от острых языков,
И пусть за нас порадуются люди:
Где есть она, не надо громких слов.
Пусть наши души в унисон стучатся,
Не слышим мы с тобою вьюги стон.
Слова святые в тишине родятся,
Их понимает каждый, кто влюблён.
Татьяна ГРИШИНА (г. Иваново)
ЗАПАСЫ
Запасаем лето впрок
В контейнерах и банках.
Наш химический урок
В соках и солянках.
Запасаем лето впрок:
Солнечные ванны
И прогулки в тот лесок,
Где утра туманны.
Актуальность привлечем:
Гаджет в помощь кликнем.
Будет в стужу горячо,
Лишь к нему прилипнем.
Сохраним в своих сердцах
Встречи и восходы,
И такой знакомый страх,
Что уходят годы.
Запасает лето в нас
Мудрость и сиянье,
Чтоб в сердцах огонь не гас.
Лето, до свиданья!
Александр ЖДАН (г. Иваново)
БЕЗЫМЯННЫЙ СОЛДАТ
Посвящается моему деду Ждан А. М. и всем, кто пропал без вести в годы Великой Отечественной войны
Ты погиб за Союз безымянный солдат,
Отражая атаки несметных врагов.
Чей-то сын, чей-то муж или может быть брат? –
Ты убит на войне, на одном из фронтов.
Под Смоленском, под Оршей, под снежной Москвой…
Закрывая прорывов широкую брешь,
Ты вступал в беспощадный, решительный бой
И не знал, что окоп – твой последний рубеж.
Что могилой холодною станет навек
Та траншея в родной и священной земле,
Где от взрывов раскатистых плавился снег,
Где ты насмерть сражался в немецком котле.
Подпирая друзей богатырским плечом,
Тёмно-красную кровь проливал до конца,
За Отчизну, семью и родительский дом.
Беспощадная смерть здесь нашла храбреца.
О пропавшем без вести напишет письмо,
Под «снарядной коптилкой», комбат в блиндаже.
То ли жив, то ли мёртв? – знать не знает никто.
Где останки твои? На каком рубеже?
В наше мирное время, на мирных полях,
Чтобы память о павших осталась в веках,
Место боя найдёт поисковый отряд,
И быть может на стеле стоящей в хлебах,
Обретёт своё имя безвестный солдат.
ЕЙ БЫЛО ТОЛЬКО ТРИДЦАТЬ ПЯТЬ
Памяти военкора Анны Прокофьевой
Страна простилась с военкором,
(Ей было только тридцать пять).
Друзья жалели в разговоре,
Что не вернуть им время вспять
До взрыва злополучной мины
Вмиг оборвавшей жизни нить
Красивой девушки. Отныне,
Родным с огромным горем жить.
Бойцы бригады звали Анну
Своей заботливой сестрой.
Беречь старались неустанно,
В окопах, на передовой.
Её винтовкой стало слово,
Им поддержала СВО.
Заметки – искренни, суровы –
В них было видно мастерство.
В подробных, с фронта, репортажах
Звучала правда о войне,
В прямом эфире, антуражем,
Был взрыв «кассеты»* в вышине.
Она не праздновала труса,
Её всегда влекла борьба.
Боец и фронтовая Муза,
Такой запомним мы тебя.
Александр ВАСИЛЬЕВ (г. Иваново)
СУДЖА
Суджа, разграбленный храм,
Осквернены святыни.
Множество страшных ран,
Сердце от боли стынет.
Мёртвые во дворе,
Мертвые у алтаря.
Лики горят в огне,
Кровью пропахла земля
На куполах кресты
Простреляны, почернели.
Суджа, горят костры,
Улицы опустели.
Мертвые вдоль дорог,
Вырвана жизнь трагично.
Кто это сделать мог-
Звери в людском обличье.
Обыкновенный фашизм
Хуже беды не бывает.
В Суджу вошёл нацизм,
Храмы с людьми сжигает.
Нету теперь Украины,
Это притон зверей.
Теперь там живут вампиры,
Сосущие кровь у людей.
Не стало такого народа,
Не стало такой страны.
Расстреляна ими свобода
Чернеют на храмах кресты.
