Домой Газета У великой победы — ивановский тыл

У великой победы — ивановский тыл

Важно помнить о героях всегда, ведь герои — это не только те, кто сражался в бою, но и те, кто был в надёжном тылу. Преддверие великого праздника Дня Победы — это возможность вспомнить о тех нелегких временах, о людях и об их судьбах.

Своими воспоминаниями о военных годах поделилась Галина Васильевна Грибова — ветеран труда, ударник коммунистического труда.

— Галина Васильевна, где вы родились? Сколько вам было лет на момент начала войны?

— Я родилась в Ивановской области, Пестяковском районе, в деревне Харино. Мне было 9, когда началась война.  Мы жили в доме, который строил отец: дом был новым и хорошим, с большой русской печкой. Папа не успел до конца его достроить, так как ушел на фронт. Он был такой молодой, а семья уже была большая — трое детей.

— Помните ли Вы, как он уходил на фронт?

— Помню, как провожали отца в Старилово. Он уходил не один с нашей деревни. Мама тогда несла мою двухлетнюю сестру на руках, а я со своей старшей сестрой (12 лет) шла за ними пешком. Мы проводили их и думали, что все ушедшие придут скоро домой. Говорили тогда, что война долго длиться не будет и что папа скоро вернется.

Первое письмо он отправил нам 29 июля 1941 года:  «Добрый день, а может вечер. Счастливый час, веселая минута. В первых строках моего письма уважаемая супруга Феня и милые детки — Маня, Галя и Валенька — шлю вам горячий и пламенный привет. Дорогие мои, я вам сообщаю: я пока жив и здоров. И Вам желаю всего хорошего. Мы отправляемся на фронт к финнам. На самый ближний фронт от нас. Сама знаешь, нам не на руку, но ничего не поделаешь. Видно, участь моя такая, что быть там надо. Мы находимся… за Ленинградом до сих пор. Хотя и плохо, но ничего не сделаешь. Нас было 12 человек. С Харино я остался один, а остальные уехали. Куда? Не знаю»

Отец после этого письма прислал нам ещё два или три и в последнем письме указал: «завтра мы идём в бой». Это было его последнее письмо семье. В 1941 году он пропал.

Спустя 4 года служащие начали возвращаться в посёлок. А к нам никто не пришёл. Позже маме прислали извещение, что он пропал без вести. Мы его так и не нашли.

— Расскажите о жизни вашей семьи во время войны. Как все было?

— Да ничего особенного. Я помогала маме и дома, и в колхозе. В колхозе мы, кто поменьше, щипали лён, связывали в пучки, а потом на току цепом молотили льняное семя и рожь. Взрослые женщины обмолачивали снопы при помощи катка, но он был тяжелым. Поэтому каждый раз мы для работы приводили им лошадь. Также мы помогали взрослым «смотреть» за маленькими детьми,  копать картошку, дрова пилить, ходили на покос и в лес. Помню, как я пришла ко всем в лес, начала помогать и ушибла палец на руке. Но я никому ничего не сказала, что больно было, стыдно было жаловаться. Видела как трудим было трудно. Кроме домашних хлопот я продолжала учиться в школе и закончила 4 класса.

— А как сложилась ваша жизнь после войны?

— В деревне я жила до 15 лет (1947 год). Затем, как мне казалось, жить в колхозе стало невозможно, и мы поехали в Южу. Всё, что у нас было, мы сдали в колхоз. Мама и сестра устроились работать на прядильную фабрику прядильщицами. А я поступила в школу фабрично-заводского обучения на ткачиху и потом 35 лет отработала по этой профессии. Так вот и жили (улыбается).

Совсем недавно Галина Васильевна отпраздновала свой юбилей — 90 лет. Коллектив редакции «Наше Слово» от всей души желает ей крепкого здоровья, хорошегонастроения и безграничной любви родных и близких ей людей.

Анастасия ВАВИЛОВА