Домой Газета Незаживающая рана Селезневых

Незаживающая рана Селезневых

Много лет назад на фасаде здания Богданихской школы Ивановского района была установлена мемориальная доска в память о нашем земляке, воине-афганце Андрее Васильевиче Селезневе. И в Богданихе, и в Кохме, где жил Андрей, до сих пор помнят это имя.

А для родных Андрея все события, связанные с ним, до сих пор свежи в памяти. Детство будущего героя, свадьба, армия, последняя встреча с родителями и женой, слова о гибели — они часто вспоминают эти радостные и трагические моменты.

Лучший молодой рабочий

Родился Андрей Селезнев в Кохме. Его старшая сестра Светлана Васильевна Носкова говорит, что рос он «ответственным и исполнительным мальчиком, всегда помогал своим родителям, несмотря на то, что был самым младшим в семье». Учился Андрей в Богданихской школе, был хорошистом. Оценками старался не расстраивать своих родных.

Когда учился в старших классах, познакомился на танцах с девушкой Таней, которая была младше Андрея на год. После окончания школы, сразу же после выпускного, молодые сыграли свадьбу, а через несколько недель родилась их дочь Юлия.

— У нас была обычная рабочая семья. Отец работал на льнофабрике, мама на предприятии «Строммашина». Родители жили сначала на улице Терешковской в Кохме, потом нам дали участок. Пока строили новый дом, семья жила во времянке. Андрей и Таня после свадьбы жили в этом семейном доме. Все члены семьи старались друг другу помогать, особенно с маленькой Юлей, — рассказывает Светлана Васильевна.

После окончания школы Андрей Васильевич пошел работать. Он устроился фрезеровщиком на Кохомский завод строительно-монтажных машин (завод «Строммашина»).

На заводе сразу же приметили работящего и исполнительного парня. Андрея не пугал тяжелый мужской труд, за дело он брался с желанием и самоотдачей. Да и работа спорилась у него в руках. Однажды молодой человек даже стал лучшим молодым рабочим на предприятии, и его фотография долго висела на Доске Почета, говорит Светлана Васильевна.

Одновременно Андрей занимался в школе ДОСААФ, увлекался парашютным спортом и стрельбой. Именно эти увлечения предопределили его дальнейшую судьбу.

Вскоре пришла повестка: 19-летнего Андрея призывали в армию. В мае 1984 года он был направлен в Брест в десантные войска.

Первые месяцы службы проходили достаточно спокойно. Андрей прошел подготовку в учебном подразделении 38-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады. Был зачислен в сформированный на базе 5-й отдельной бригады специального назначения 334-й отдельный отряд специального назначения.

Молодой человек регулярно писал письма своей семье, в которых рассказывал о своей жизни. Самые трогательные строчки он посвящал своей Тане и двухлетней Юленьке. Все родные ждали его скорейшего возвращения домой.

Последняя встреча

Молодая жена Татьяна несколько раз приезжала к Андрею на место службы. Долго ждала она и этой поездки к Андрею в Брест.

Путь был неблизкий. Однако приехав в город, супруга не застала Андрея. Татьяна начала его искать. Оказалось, что солдат перебросили в другое место. К Андрею пришлось ехать в Минск. В этом городе прошла их последняя встреча. Андрей сообщил Тане, что его отправляют в Афганистан, уверял, что всё будет хорошо, и ждать его осталось недолго.  В это же время родители читали письмо Андрея, которое пришло с опозданием — уже после отъезда Татьяны. Молодой человек писал, что его переводят.

— Тогда мы отгоняли от себя мысль, что Андрея отправляют в Афганистан. Только бы не на территорию, где шла война! Но наши мольбы не были услышаны. Сначала он прошел подготовку в учебной части, а затем в марте 1985-го брата отправили служить разведчиком-снайпером в неизвестность, откуда многие не возвращались живыми, — вспоминает Светлана Васильевна.

Войсковая часть, где служил Андрей, находилась в городе Асадабад. Здесь молодой человек пробыл чуть больше полугода. 29 октября 1985 года рядовой, находясь в составе разведгруппы, осуществлял выполнение боевой задачи по захвату склада с оружием и боеприпасами противника в районе города Асмар. Разведчики десантировались из вертолетов, но тут же попали под обстрел. Этот день стал роковым: воин был смертельно ранен в голову.

— Мы узнали про гибель Андрея практически сразу же. Родителей вызвали к руководству предприятий, где они работали, и сообщили страшную весть. До сих пор эта рана не заживает, хотя прошло уже больше 30 лет, — говорит Светлана Васильевна.

Имя не забыто

Андрей Селезнев был посмертно награжден орденом Красной Звезды, медалями, в том числе белорусской медалью «В память 10-летия вывода советских войск из Афганистана».

До сих пор помнят воина и на родной земле. В Богданихской школе после гибели Андрея оформили уголок, посвященный его жизни. У здания школы ежегодно в феврале проходит митинг: жители деревни и школьники вспоминают соотечественников, защищавших страну за пределами Отечества. Среди называемых имен есть и имя Андрея Селезнева.

А в Кохме, на доме, где он родился и вырос, пять лет назад была установлена именная мемориальная доска. Его имя увековечено также на мемориале в городе Марьина Горка, на Памятном знаке погибшим воинам (г.Кохма), на Мемориале погибшим воинам-афганцам (г. Иваново), Памятнике воинам-интернационалистам на Поклонной горе (г. Москва).

Память об Андрее Селезневе бережно хранит его семья: мама Зоя Ивановна, сестра Светлана Васильевна, жена Татьяна Викторовна и дочь Юлия Андреевна. Татьяна Викторовна сейчас возглавляет Ивановскую областную общественную организацию «Комитет солдатских матерей», а Юлия Андреевна — председатель Комитета солдатских матерей г.о. Кохма. У нее две замечательные дочери, которым Юлия не раз рассказывала про своего отца. Старшая Карина учится в Пожарно-спасательной академии, хорошо стреляет из винтовки, как и ее дедушка, а младшая Соня — студентка политехнического колледжа.

Дочь и внуки — частые гости в доме, в котором родился и жил Андрей. Зою Ивановну они не забывают. А мама Андрея гордится ими: продолжается род Андрея, значит, и он до сих пор живет — в своей дочери и внучках.

Алена КОРОЛЕВА

***

Вспоминает Павел Федорцов, командир отделения 3-й группы 3-й роты 334 ооСпН:

— Нас, асадабадцев, так и называли тогда — смертнички. В редких случаях все возвращались со спецопераций целыми, обязательно кто-нибудь погибал или получал ранение…

На той войне я мог четыре раза погибнуть. Постоянно думаю о том, что мой друг Андрюха Селезнев погиб, а я должен был быть на его месте. Мы шли с ним к кишлаку. Он был снайпер и по походному порядку должен был идти впереди меня. А он сзади идет. Я ему говорю: “Андрей, ты должен идти впереди”. Он мне: “Подожди, Бульба (так меня ребята звали), не спеши, потом”. И вот мы подошли к кишлаку, к дувалам, Игорь Курмашев перелез, потом я. Смотрим — нет Андрюхи, глянули вниз — лежит. Если бы он шел впереди, пуля в меня бы попала. Я потом в честь друга сына Андреем назвал.

Когда мы несли погибшего Андрюху на вертушку, моему соседу Сергею Клочко сбивает мушку на автомате, пробивает фляжку с водой, мы бежим с носилками и на ходу пьем воду, потому что каждая капля там имеет цену, подбегаем к вертушке. Буквально метрах в 15 с гранатомета по нам палят, не попадают. Мы Андрюху — в вертушку, забираемся туда сами, вертушка поднимается, и уже внутри нее ранение получает еще один солдат. Такая была война.

(Александр Климов, «Книга Памяти Ивановской области»)